Опубликовано 26 мая 2026 г., 07:37
Это был прекрасный солнечный день — минимальный ветер над линией деревьев и здоровый снежный покров для этого времени года в Белых горах Нью-Хэмпшира. Лыжный сезон на северо-востоке начался отлично, и к 9 декабря у меня было около 10 дней на лыжах.
Целью дня было увидеть снежный покров в пустыне Великого залива, отдаленной части Белых гор, которая может похвастаться более крутым и разнообразным ландшафтом региона, и увидеть, как он заполняется. Мы говорили о восхождении на гору Вашингтон и спуске на лыжах по классической тропе зубчатой железной дороги, чтобы закончить день.
Когда я прибыл на вершину Airplane Gully в декабре 2023 года, она была на удивление засыпана. Классика северных президентских выборов, вход в Airplane Gully, часто украшенный карнизами, падает на открытое снежное поле, а затем направляет вас в крутой, окруженный камнями овраг. В хороший год вы можете проехать на лыжах до озера Сполдинг, что делает его одним из самых длинных маршрутов в Белых горах.
Мы с моим партнером по туру провели несколько тестов на снежных ямах и обсудили наши варианты. Откуда ни возьмись появился одинокий лыжник, расспросил нас и зашел. Мы подождали, пока он поднимется и выйдет из очереди, затем спросили, как дела, прежде чем принять решение зайти самим.
Этот выбор изменит следующие несколько лет моей жизни. Я сделал около пяти поворотов, прежде чем снег уступил мне под ногами. Все произошло так быстро, почти мгновенно. Прежде чем я успел это осознать, я несся по тросу, набирая скорость, ворочаясь и пытаясь спастись от сорвавшейся лавины. Однако от этого никуда не деться. Я уже много раз катался по этой трассе и знал, что велика вероятность, что меня скоро сбросят с небольшого утеса или прямо в скальный контрфорс.
Я боролся за свою жизнь, стараясь оставаться на вершине обломков, насколько мог. Это было бесплодно. Я был во власти снега и горы. Я скользил, казалось, целую вечность. Когда я пришел отдохнуть, я был потрясен тем, что жив. Фактически, я все время оставался в сознании. Потом я понял, что моя левая лыжа не высвободилась. Моя нога была вывернута на 180 градусов, и я мог видеть лужу крови в моих зимних штанах. Я немедленно сообщил по рации своему партнеру: «Сложный перелом, много крови».
Следующие несколько часов прошли как в тумане. Мой партнер по туру и одинокий лыжник, которого мы встретили ранее, пришли мне на помощь и разрезали мои зимние штаны. Я увидел кусочек кости, торчащий из моей голени. «Здесь я истеку кровью», — подумал я.
У нас с моим партнером по туру было много медикаментов. Действуя быстро, мы наложили жгут, остановили кровотечение, сняли с меня лыжи и завернули меня в палатку для экстренных случаев и пуховые куртки. Наша медицинская подготовка — у меня есть сертификат специалиста по оказанию первой помощи в дикой природе, а у моего партнера за плечами был курс скорой помощи — окупилась. Ожидание прибытия Национальной гвардии ВВС штата Нью-Хэмпшир на «Блэкхоке» заняло долгие 4,5 часа. Меня перевезли, перевели в машину скорой помощи и срочно доставили в единственный в штате травматологический центр 1-го уровня.
Боль была одной из самых сильных, которые я когда-либо испытывал. Нет ничего лучше, чем видеть, как твоя голень свисает с лыжными ботинками. Я провел 13 дней в больнице, перенеся три серьезные операции в попытке спасти ногу.
Это были мрачные дни. Я фактически завершил 27-летнюю лыжную карьеру. Единственное, что мне так нравилось, чуть не убило меня. Как могло одно из моих любимых мест в мире быть таким захватывающим и красивым, но в то же время таким травмирующим и опасным?
Меня отправили домой на костылях, с стержнем, скрепляющим мою ногу, и с небольшой надеждой на спортивное будущее. Ситуация становилась все хуже и хуже, когда через семь месяцев после моей первой серьезной операции выяснилось, что костный трансплантат не прошел. Моя нога все еще была разделена на две части, и их удерживал только стержень.
Эта новость была шокирующей: через девять месяцев после аварии я, по сути, вернулся к тому, с чего начал. Мой случай теперь считался «спасением конечности». Моя старая личность начала угасать, когда я начал исследовать протезирование и ампутации. Жизнь, которую я когда-то знал, наполненная долгими походами, скалолазанием и большими лыжными турами по отдаленной местности, превратилась в послеоперационную игру ожидания без нагрузки. Вскоре мне была назначена операция номер шесть — костная пластика, замена стержней и установка пластинок на несросшуюся малоберцовую кость. Если бы эта операция не сработала, мои возможности стали бы ограничены.
Время медленно шло, а жизнь продолжалась. Мои друзья продолжали кататься на лыжах, времена года менялись, а моя нога, казалось, застаивалась. Затем, спустя почти полтора года после несчастного случая, рентген показал чудо: костный трансплантат заработал! Моя малоберцовая кость также показывала признаки заживления. Это было время игры!
Меня допустили к полной нагрузке, поэтому я начал ходить в спортзал как можно чаще. На протяжении всего этого испытания я все время находился в физкультуре, пробуя каждое возможное упражнение, чтобы вернуться к исходному состоянию.
За эти месяцы я многое узнал о себе. Ставлю под сомнение свою цель, пытаюсь определить, какой будет моя будущая траектория. Несмотря на всю боль и страдания, которые причинила эта авария, в конце дня мне все равно хотелось выйти и покататься на лыжах. Я все еще хотел продолжать вести и инструктировать в отдаленных районах. Я ставил перед собой цели и очень много работал для достижения этих целей.
Я, наконец, снова встал на лыжи, впервые после травмы в феврале 2025 года. В течение следующих двух месяцев я неуклонно прогрессировал от пробежки на местном горнолыжном курорте до поездок по отдаленным местам в Белых горах. Это была ностальгия. Я запланировал поездку в Монтану и невероятно покатался на лыжах в Медвежьих Зубах. Затем, весной 2025 года, я поехал в Вашингтон и скатился на лыжах с вершин Маунт-Рейнир и Маунт-Бейкер, двух гор, на которых я катался несколько раз до аварии.
Я медленно нашел свой ритм в темноте. Я пробился назад и преодолел хроническую боль и травматические мысли о возможной ампутации. В 2026 году я снова начал кататься на лыжах на горе Вашингтон, а этой весной, после почти трех лет болезненного роста, я спрыгнул с карниза в Airplane Gully и быстро и жестко проехал по трассе, как и раньше.
